Заказать обратный звонок
Укажите Ваше имя и номер телефона, мы свяжемся с Вами в ближайший рабочий день.
Заявка на услугу
Укажите Ваше имя и номер телефона, мы свяжемся с Вами в ближайший рабочий день.
Ваше письмо
успешно отправлено
26 февраля 2018 г.

Прощай, Олимпиада

Прощай, Олимпиада

ВЛЮБЛЕННОСТЬ В КОРЕЮ

Это была сказка.

Олимпиада пролетела словно мгновение, словно сладкий сон — вчера еще зяб я на этом самом стадионе. Героически не сбежав с церемонии открытия. Зяб как никогда в жизни. Грела лишь мысль — впереди столько трудного, столько интересного, что разболеться никак нельзя. Соберитесь, Юрий.

А вот сейчас — все. Я влюбился в эту Корею, в эти поселки у гор. Но все это стремительно становится воспоминаниями. Кожей чувствую, как утекает время.

Да и кто б не влюбился в Корею, край красавиц и добрейших на свете людей? Сделали из своей крошечной страны какое-то чудо — хотя были нищими, как последняя африканская страна еще полвека назад. Ничего нет, только камни. В войне 50-х годов наш Пхенчхан и Каннын раз десять переходил из рук в руки — от Северной Кореи к Южной и обратно.

Эти ребята умеют делать чудеса. Эта Олимпиада — тоже чудо. Я прожил здесь 20 дней и не очень-то хочу возвращаться. Хочу объехать эту Корею всю. Заглядывая в окна и садики. Бах скажет, что это была лучшая Олимпиада — и в этом я с Бахом соглашусь. Мне было очень хорошо.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Гусев спас Россию, а Капризов — принес золото

Да и хоккей выиграл. Есть для нас с вами что-то важнее? Выиграли в хоккей — выиграли Олимпиаду.

Я оглядываюсь по сторонам и готов расплакаться — жизни этому стадиону осталось месяца три. Выстроили за 109 миллионов долларов — и скоро снесут, оставят на этом месте музей. Корейцам такая махина ни к чему, рядом только поселочек на 6 тысяч человек.

Мне жаль!

Я гляжу на факел, который не гас все эти дни. На оранжевый в свете фонариков лед. Наматываю шарф еще сильнее. Где сейчас Дацюк, где Ковальчук? Вот кого не хватает на этой церемонии! Пронесли бы эти парни флаг — сделали бы всему миру, смотревшему хоккей тремя часами раньше, красиво. Все на этом стадионе были бы счастливы чуть сильнее. Хоккеистам-то что до этой церемонии? Вот спели, а капелла гимн прямо на льду после финала. Считай — прошли с флагом.

БАХ В ЛОЖЕ

…Константин Бесков курил сигары. Говорил: «Этот запах мне напоминает европейские стадионы…».

На корейских пахнет ванилью и корицей. Не знаю, как им удается. Но теперь запах ванили для меня несет только одни воспоминания.

Церемонию открытия салют закрывал — эту же открыл. Небо играло всеми цветами, какие только способен разглядеть человеческий глаз. Красота невероятная.

До чего ж приятно оказаться в той крохотной точке земного шара, на которую в эту минуту смотрит целый мир! Быть чуточку причастным ко всему этому!

А вот и наш друг Бах шагает в ложу с какими-то генералиссимусами. Что ж вы с непокрытой-то головой, сударь? Уши отморозите! Машет всем нам ручкой с корейским президентом вместе. А вот детишки несут корейский флаг на подносе каким-то рыцарям. Флаг ползет вверх, вот уже развевается рядом с олимпийским — а весь стадион стоит.

Пожалуй, церемония закрытия вышла поинтереснее, посочнее первой. Флаги со всего света, кадры этой Олимпиады на огромном табло — я узнавал своих новых друзей то на экране, то в толпе с флагами. Вот кто-то из канадцев держит в руках золотую медаль, не в силах оторваться глазами. Жену дома так целовать не будет, как целует этот кусочек металла на ленточке. Очень хорошо его понимаю. Жену можно поменять на более совершенную — медаль же с тобой навсегда.

Вот мексиканцы, похожие на Бубу Кикабидзе. У каждого во рту зубов семьдесят. Вы-то что здесь выиграли? С чем уезжаете? Хотя, может, кто-то и подобрал себе Ларису Ивановну…

В корейские мотивы внезапно вплелся озорной джаз — и выжег вокруг все. Джаз, только джаз — никакого фолка!

Повеселел даже Бах.

А вот толпа норвежцев. Уезжая, оставят после себя серьезное наследство. Не употребили ж они все препараты от астмы, которые привезли? Это невозможно! Значит, оставят. Спасут чью-то жизнь. Спасибо и им. Впустить норвежцев в общий хоровод, не отталкивать.

Казалось, голландцы сейчас бросят эти степенные проходы вдоль трибун — кинутся приплясывать с волонтерами в центре круга. Голландцы озорные. Навезли сюда оранжевых велосипедов — гоняли и там, и здесь. Не все усевали увернуться от этого оранжевого чуда. Будь их воля — и в этот круг выкатили бы на двух колесах. Но олимпийская семья против.

А вон танцуют те самые немцы, которые в большинстве упустили хоккейное золото за 55 секунд до конца. Вот люди, а? Я б неделю плакал, а после сообщил: «Я ухожу, закройте за мной окно». Но эти танцуют! Приподнимают двумя пальцами серебряные кругляшки, тыкают им в камеры! На месте вратаря с фамилией как ступени ракеты я бы разжевал ампулу с ядом. Разбил шлем, от которого влетала шайба, об собственную голову. Наверное, это называется — «умеет проигрывать». Он еще в микст-зоне похахатывал…

УЛЕТАЮЩИЙ МИШКА

Вот и настоящее чудо — улетающий Мишка. Где-то я это видел. Но какой Мишка! Из тысяч звездочек посреди неба. Вот Мишка тает, тает — превращаясь в огромное сердце. Как у самого доброго корейца. Вот растворилось и оно…

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Международный олимпийский комитет продлил отстранение ОКР из-за халатности спортсменов

Над стадионом тишина — и вдруг понеслось с одной из трибун:

— Россия, Россия!

Вот это да, вот это партизанское движение. Бах, вы слышали голос народа?

Корейцы делают все как умеют. Ели представление, то на совесть — вот стадион превращается в огромный пруд с черепахой. Вот уже и не пруд он вовсе, а галактика со звездами. А вот небо с облачками.

Огонек из факела дрожал на ветру — вот-вот погаснет. Однако ж не гас. Разгорался все сильнее.

Бах с покрасневшим носом смотрел на факел с таким же смятением, как и я. Тоже не желал все это закруглять. Пусть праздник продолжается вечно.

Шведская красотка Стина Нильссон получала свою выстраданную бронзу за масс-старт — в этот момент хотелось задержаться на этой Олимпиаде уже всем. Очень уж хороша. Добавь-ка ей баллов за такие глаза, олимпийская семья.

Вот наши Андрей Ларьков и Александр Большунов получают по медали. Ларьков рассматривает коробочку, переводит взгляд на протянутую руку Баха. Ладно уж, подает свою в ответ. Но безо всякого удовольствия. Фотографируются с чемпионом Нисканеном, улыбнувшись наконец. Оттаяли парни…

А дальше были танцы. Какие-то женщины-кошки на сцене, вызвавшие рев корейцев. Видимо, что-то они знают, что неведомо нам. Был салют в черном небе и запах пороха. Куда ж без него. Мэр Пхенчхана, целующий олимпийский флаг. Прощание с этим самым флагом. Миллион фонариков. Речь Баха — с некоторыми длиннотами для такой стужи. Голый по пояс олимпиец, вымазанный каким-то жиром. Косился на страдальца закутанный Бах с ужасом. Да и не он один. Трибуны танцевали — этот же застыл в одной позиции. Возможно, превратившись в ледяной столб.

А факел все не гас и не гас. Казалось, пока каждый из нас здесь — Олимпиада продолжается.

Но все-таки огонек исчез. Оставив огромный факел в темном небе сиротой…

Прощай, Олимпиада. Спасибо тебе за все.

Другие новости